Мы делаем все, чтобы повысить
качество жизни пожилых людей в домах престарелых и инвалидов.

Наша цель - улыбки на лицах
наших бабушек и дедушек!

Миссия и цели
×
Благотворительный фонд помощи пожилым людям и инвалидам
МЕНЮ
СТАРОСТЬ В РАДОСТЬ
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ
ФОНД ПОМОЩИ
ПОЖИЛЫМ ЛЮДЯМ
+7 499 394-48-83
Звоните нам!
Муравьев Анатолий Александрович

Родился я в 1938 году в Няндоме, здесь, в Архангельской области. Семья у нас была небольшая. Я еще маленький был, когда мать с отцом разошлись, я отца-то не помню. Была сестра, но она жила не здесь. Она старше меня была, ее уже тоже нету.
С 18-ти лет уехал, потянуло меня на романтику. До армии я работал здесь, пошел в лес, в лесу поработал, пока нигде не принимали, потом пошел в вагонный участок, вагоны там ремонтировал. Потом пошел в кондукторский резерв, на грузовых поездах. В армии два года отслужил рядовым солдатом.

Родился я в 1938 году в Няндоме, здесь, в Архангельской области. Семья у нас была небольшая. Я еще маленький был, когда мать с отцом разошлись, я отца-то не помню. Была сестра, но она жила не здесь. Она старше меня была, ее уже тоже нету.
С 18-ти лет уехал, потянуло меня на романтику. До армии я работал здесь, пошел в лес, в лесу поработал, пока нигде не принимали, потом пошел в вагонный участок, вагоны там ремонтировал. Потом пошел в кондукторский резерв, на грузовых поездах. В армии два года отслужил рядовым солдатом.

Потом уехал в Архангельск, там поработал на лесозаводе, а потом пошел в торговый флот.
Приняли меня на флоте, окончил мореходное училище. В мореходке суровая дисциплина. Море штормит всё время. Сначала укачивало, дня три-четыре — морская болезнь, ни пить, ни есть неохота, особенно, когда волна 5-6 метров. Как будто все кишки вылезают. А потом привык.  6–8 месяцев в году были в море. Ходили в Баренцево море, плавали к Шпицбергену. Рыбы наберешь тонн 40–60, потом в Норвегию идешь, рыбу сдаешь, потом снова в море, на плавбазу приходишь, наполняешься продуктами, топливом, и опять на 3–4 месяца. Потом, когда в Архангельске всё замерзает, приходим в Мурманск.

В 1962 году я женился и 8 лет прожил на берегу. Мне не понравилось, что на берегу мало денег. Я купил билет на Краснодар и уехал туда. Сначала работал на Кубани, там система рисовых полей. Потом пошел в геологоразведку — нефть, газ искали: Омск, Томск, Новосибирск. Помотало меня по России, везде был. Когда геологом работал, бурили, искали нефть, бурили 5–6 метров глубиной. Экспедиция на 3–4 месяца. Чаще всего весной, потому что зимой непроходимые места. Больше всего мне понравилось в Краснодаре работать: Геленджик, Анапа, Новороссийск — хорошие места.
А потом я вернулся сюда, в Няндому. Здесь у меня мать жила. Ей плохо стало, я рассчитался, приехал сюда. Похоронил мать и здесь и остался. Здесь сначала работал по радиотехнической части, по связи, по столбам лазил. Потом пошел в вагонный участок. Работал в ПЧ (ПЧ — путевая часть), на железной дороге, плотником. Вот на этом моя карьера кончилась. Оттуда я ушел на пенсию.

В Краснодаре я женился на казачке. Она очень ревнивая была. Привозил ее сюда в Няндому, ей здесь не понравилось. Поехали обратно, пожили-пожили, потом она с кем-то связалась, и я уехал от нее. Она пишет: «Толя, приезжай, тяжело одной».
Я три раза был женат. Не повезло мне с женщинами. Одну, казачку, я привозил сюда. Женился, конечно, по любви, но всё в жизни что-то не так. Не так, как надо. А в старости сюда попал.
У меня проблема была с ногами. Дома у меня печное отопление, надо дрова заготавливать, привезешь их — надо сушить, в сарай сносить. Я даже ни к кому не обращался, меня девчата нашли из соцобеспечения. Пришли, спросили: как живете? Я говорю: так-то не тяжело, но трудно ходить. И отвезли меня в больницу, потом сюда. Суставы болели, но было хуже, сейчас-то лучше стало. Это я простудил, когда в геологоразведку ходили. По болотам ходили, трясины были в торфяных болотах. Идешь по три, по четыре человека. Один проходит с тросточкой, с палкой, потом другой…

Здесь помогаю девочкам. Зима придет — снег роешь, убираешь. Девочкам помогаю посуду разносить, обеды. Всё под мою ответственность.
Дочка у меня в Архангельске. Я взял жену, у нее была дочка. Я просто ее взял и дал свою фамилию. Чужой ребенок — мой ребенок. Я когда уехал, с ней связь потерял. Она с 1957 года, вышла замуж, и я потерял связь. Она не знает, где я и что. Два года уже я здесь. Но у меня здесь временное проживание. А потом в Каргополь, наверное, отправят.

Теги: