Если бы у нас была идеальная страна, с нормальной социальной системой и правительством, то в ней не страшно было бы стареть. Сейчас у нас стареть страшно и больно. Страшно оказаться на больничной койке совершенно одному. Угаснуть за несколько месяцев. Смотреть каждый день на одни и те же блёклые стены и понимать, что не изменится ничего, до самой смерти. Мы уже несколько лет навещаем бабушек и дедушек в Большеврудском доме сестринского ухода, и могли бы привыкнуть и к рваному линолеуму, за который цепляются костыли и каталки, и к ощущению безысходности и пустоты в палатах, и к взглядам, в которых столько тоски и боли…. Не получается. Сегодня у нас техническая поездка. Без шумной компании, без песен. Но такие технические поездки наверно, более открытые, потому что бабушки и дедушки не стесняются огромного количества народа и больше рассказывают о себе. Мы с Кирой сортируем сладости и отправляемся по палатам. В первой палате чудесные бабушки. Улыбаются, обнимают нас! Девяностопятилетняя Екатерина Дмитриевна похожа на одуванчик в лучах солнца — вся светится! На кровати у Марины Анатольевны сидит игрушечный медвежонок, который закутан в старую футболочку. Она смущенно опускает глаза, и ты понимаешь — это она не медвежонка закутывала, а внука, которого у неё уже никогда не будет. Александр Иванович из девятой палаты, как величайшую драгоценность, достает открытки, которые ему прислали участники нашей группы к дню рождения год назад. Он их нам в каждой поездке показывает. А потом аккуратно складывает в старенький полиэтиленовый пакетик — конвертик к конвертику — и убирает поглубже в тумбочку. — Александр Иванович, а Вы хотите, чтобы Вам писал письма кто-нибудь из волонтеров? Дедушка не может говорить, поэтому быстро-быстро кивает головой, будто боится, что мы раздумаем! У нас в питерской региональной группе СвР долго не было переписки, сейчас мы хотим попробовать её возобновить! Очень хочется надеяться, что Александру Ивановичу повезет с внуком или внучкой, потому что он невероятно добрый, чудесный человек! Напротив него лежит новенький мальчик, молоденький совсем, с культями вместо ног. Худенький… — А мне, если можно, телефон такой привезите, в который музыку можно закачивать. С наушниками… и картой памяти. Нет, не плеер, телефон. Пожалуйста, если можно! Если получится… Бабушки из палат, в которых мы уже были, останавливают нас с Кирой в коридоре и шепчут тихонечко, на ушко: «Туалетную бумагу, привезите, пожалуйста!» Бумагу просят в каждой поездке. И каждый раз стесняются…. Варвара Илларионовна из восьмой палаты специально встает с кровати — чтобы её сфотографировали. Хочет даже переодеть халат, чтобы выглядеть красивой! Говорит, что будет нас ждать через месяц, на День пожилого человека, чтобы вместе с нами попеть песни! Если честно, у Варвары Илларионовны петь получается лучше, чем у нас. Но мы постараемся! Входим в палаты с тяжелобольными бабушками. Они лежат, уставившись в одну точку. Пытаешься с ними поговорить, а они переводят туманный взгляд на тебя, пытаясь что-то разглядеть… и вдруг хватают за руку. Крепко-крепко. Потом отпускают. Без слов чувствуешь, что человеку уже ничего не надо… ни сладостей, ни ночных рубашек. Там тихо так, в этих палатах. И ощущение, что время остановилось. На ступеньках к небу… И, вдруг, на контрасте, шумная и большая Раиса Петровна распахивает дверь и громко, разбивая тишину, восклицает: «А котят, котят-то вы наших ещё не видели!» Ведет нас с Кирой в самый конец коридора, где под старой сломанной каталкой, в картонной коробке отдыхают кошечка Белка и её очаровательный котенок! Рождение котят — важное событие для больницы, где все дни похожи один на другой! — Девчонки, вы им Китекэт привезите! )) Ещё одна персональная просьба записана в тетрадку! Медперсонал просит привезти хозяйственные средства для уборки: — Не везите дорогие, нам бы самых дешевеньких. И футболочек, носочков. Всё это очень быстро изнашивается. Дедушка на инвалидной коляске ловит нас у самого выхода и протягивает бумажную салфеточку, на которой карандашом печатными буквами написан номер батарейки для остановившихся часов. Смотришь на эти старательно выведенные дедушкой буквы, и понимаешь — что номер — это лишь повод, чтобы с ним ещё раз поговорили, выслушали. Прощаемся, нас все обнимают и спрашивают (в который уже раз за этот день!): — Через месяц приедете? В сентябре, да? — Да, в сентябре! Обязательно! И вот уже двор больницы остается позади. Справа и слева — бескрайние зеленые поля, а над ними — синее-синее небо в белоснежных облаках… Последние дни лета. У Киры в машине звучит голос Виктора Цоя: Ни звонков, ни шагов, ни звона ключей, Еле слышно часы у кровати стучат, В этом доме все давно уже спят. Только капля за каплей из крана вода, Только капля за каплей из времени дни, Ты пойдешь рубить лес, но увидишь лишь пни. После таких поездок возвращаешься домой, открываешь дверь и прямо с порога прижимаешь всю свою семью к себе — крепко, до хруста косточек… Целуешь носы, щеки, волосы… Шепчешь : «Как же я вас люблю!» Группа питерской «Старости в радость» в Контакте: http://vk.com/club8045419 Фотоотчет полностью: http://vk.com/album-8045419_178773160